Квалификация преступлений против жизни и здоровья, совершенных в семейно-бытовой сфере, является актуальным вопросом науки уголовного права и правоприменительной практики, особенный интерес представляет оценка пределов необходимой обороны. Положения ч. 1 ст. 37 УК РФ дают право на причинение смерти нападающему лицу в случаях, если обороняющийся усматривает угрозу своей жизни. В то же время, несмотря на имеющиеся разъяснения Пленума ВС РФ, в судебной практике вопрос о том, какие действия следует рассматривать как представляющие угрозу для жизни, решается неоднозначно. Проведенные мониторинговые исследования приговоров, вынесенных по ч. 1 ст. 108 и ст. 119 УК РФ, показали существенные различия в понимании судами такого оценочного понятия, как «реальность угрозы». Установлено, что судами одинаковые действия оцениваются как дающие лицу основания опасаться за свою жизнь при рассмотрении уголовных дел по ч. 1 ст. 119 УК РФ и как не дающие оснований для таких опасений – если рассматривается уголовное дело по ч. 1 ст. 108 УК РФ. Представляется, что понятие непосредственной угрозы жизни, т.е. такой угрозы, которая дает лицу основания опасаться за свою жизнь «здесь и сейчас», должно иметь одинаковое наполнение применительно к ч. 1 ст. 108 и ст. 119 УК РФ.