В фокусе внимания статьи находится эмоциональный поворот последних десятилетий в социальных науках, в рамках которого их представители уделяют внимание изучению общественного и
политического измерения коллективных эмоций, чувств и аффектов. Прежнее доминирование
биологической и эссенциалистской парадигмы сменилось культуроцентричными подходами на
базе социального конструктивизма благодаря работам в двух дисциплинах – антропологии эмоций и истории эмоций. Наследием подобной научной революции стало акцентированное изучение уникальных особенностей в ущерб попыткам исследований общих повторяемых феноменов,
потому что эмансипироваться от биологической парадигмы означало показать множественность
эмоциональных паттернов во времени и пространстве. Наука о международных отношениях
также оказалась затронутой эмоциональным поворотом, что выразилось в начале 2000-х годов
в оформлении соответствующей области конструктивистских исследований. Объектом данной
работы выступила транснациональная структурная общность – коллективные эмоциональные
паттерны, которые обладают повторяемостью и функционируют поверх государственных границ.
Отсутствие концептуализации данного феномена объясняется наследием интеллектуальной традиции антропологии и истории эмоций, а также особенностями постпозитивистской онтологии,
в рамках которой коллективный субъект каждый раз конституируется новым взаимодействием.
Цель статьи – восполнить эпистемологический вакуум и наметить пути концептуализации транснациональной структурной общности, так как именно наука о МО представляется профильной
для этого областью знания. Примером транснациональной структурной общности является кризисное реагирование после террористических атак, которое автор исследует через теоретикометодологическую рамку эмоциональной культуры С. Кошута в сочетании с понятием эмотивов
У. Редди. Речи лидеров Израиля, США, России, Индии и Франции после шести терактов с 1972 по
2015 годов позволяют выявить единую троичную эмоциональную структуру, неизменно наблюдаемую в каждом рассматриваемом случае. Она включает в себя эмотив сожаления; компенсаторную конструкцию, состоящую из эмотивов борьбы со страхом через ответную решимость; наконец, эмотив солидарности. Данная дискурсивная конструкция функционирует и обладает устойчивостью благодаря тому, что эмоциональный код соединяет тип события (теракт) с культурным
сценарием (троичная структура). Автор предлагает в будущем продолжать изучение транснациональной структурной общности через концепцию эмоциональной культуры, а также при необходимости прибегать к эпистемическим интервенциям из смежных областей, например социологического институционализма с его фокусом на исследования изоморфизма.