Т.В. Бордачев начинает свою книгу с описания последнего такта жизненного цикла Киевской Руси. Там есть свои воины и священники; в этом качестве в книге представлены Александр Невский и митрополит Кирилл, появляющиеся впервые на с. 12 и 19 соответственно — соавторы решения об отказе Руси от перехода в католичество в обмен на содействие только что созданного Ливонского ордена в борьбе против Орды. Однако не они царят на Руси в середине XIII в.; на Руси в те годы царит уныние. Т. В. Бордачёв с видимым удовольствием цитирует Дж. Феннела [2], который пишет, что то была «эпоха… крайн[ей], свинцово-мрачн[ой] безнадежност[и], в которой русские правители как будто утратили всякие ориентиры… эпоха хаоса, разъединенности, раздробленности, слабосильных стремлений, военной неподготовленности и беспомощности» (с. 156–157). Это описание как нельзя лучше соответствует четвертому такту цивилизационного цикла по П. Турчину. В новом цивилизационном цикле происходит «заселение территорий русского Северо-Востока, оказавшихся со второй половины XIII — начала XIV в. очагом образования новой государственности с центром в Москве» (с. 106). В первом такте поначалу «географическое положение Твери, авторитет ее князей и сила городской общины позволяют этой земле-княжению вести политику, которая по прошествии столетий рассматривается историками как конкуренция с Москвой» (с. 158). Однако после 1331 г. московские князья (за исключением короткого периода в 1360– 1363 гг.) одновременно становятся и великими князьями Владимирскими. Второй такт начинается с согласия Тохтамыша на передачу Дмитрием Донским великого княжения Владимирского своему сыну по наследству (с. 182), а заканчивается «междоусобной войн[ой] второй четверти XV в., когда система земель окончательно уступает место единому государству» (с. 235). С восхождением на великокняжеский престол Ивана III начинается «золотой век» Московской Руси Рюриковичей, на котором рецензируемая книга и завершается. Об упадке Московской Руси Рюриковичей Т. В. Бордачёв не пишет, поскольку для него интересно не то, что пришло в упадок во второй половине XVI в. и окончательно сгорело в огне Смутного времени, но то, что пережило и Смутное время, и последующие кризисы, сохранив актуальность даже и в наши дни.