Патриотические настроения в русской эмиграции периода Великой Отечественной войны и в первые послевоенные годы менее изучены, чем в 1920-1930-х годах. Патриотизм проявлялся в различных формах, понимался эмигрантами по-разному, вызывая острые дискуссии, и отразился как в публицистике, так и в повседневных практиках. На страницах печатных изданий различной направленности отношение к России варьировалось от поддержки советской власти до пораженческих призывов. В этой ситуации достаточно взвешенную позицию, оставаясь непримиримым противником советской власти, занял «Новый журнал», на материалах которого преимущественно рассмотрены«культуры патриотизма». Серьезные разногласия в эмигрантской среде вызывал вопрос о поддержке СССР в войне, а также проблемы послевоенного устройства мира, судьбы европейских демократий и роли в этом России, территориальных приращений и восстановления прежних границ России. Значительная часть пишущих эмигрантов защищала «восстановительную» политику советского правительства в отношении утраченных территорий, другие же не видели опасности в «политике окружения» СССР со стороны его союзников. Опасения возможного территориального распада страны, в частности отделения Украины, стали одним из наиболее ярких проявлений патриотизма, своеобразным историческим инстинктом. В области практических действий заслуживает внимания опыт общения эмигрантов с советскими гражданами, оказавшимися в Европе, и особенно движение за возвращение в СССР. Указанная практика рассмотрена на основе документов, хранящихся в архиве Женевского института международных отношений, в частности на материалах созданного в 1945 г. в Женеве «Объединения лиц родом из СССР», или «Общества для возвращения».
