Процессы демонтажа колониальных империй стран Запада во второй половине XX века и дезинтеграции ряда крупных государств (СССР, Югославия) в конце этого столетия часто стимулировали в случае бывших колоний - заимствование новыми независимыми государствами законодательства бывших метрополий как модельных правил при создании собственных правовых систем, а применительно к новым странам, некогда бывшим составными частями ушедших в историю более крупных держав – сознательное стремление к сохранению в той или иной форме общей правовой традиции, сформировавшейся в предшествующий период сосуществования в едином государстве, что также предполагает выработку неких модельных правил в рамках наднациональных объединений с целью их последующей имплементации на национальном уровне, поскольку единообразие по крайней мере в сфере частного права способствует плодотворному трансграничному сотрудничеству, а значит – экономическому росту.
В то же время процессы глобализации, сопровождающиеся формированием трансграничных экономических кластеров на уровне отдельных крупных регионов мира, инициировали процессы создания под патронажем наднациональных региональных объединений проектов модельных правил, предназначенных для гармонизации (с перспективой последующей унификации) законодательства отдельных стран, в указанные региональные объединения входящих.
Основной проблемой такого рода проектов, независимо от того, исходят ли они от государственных акторов или представляют собой общественные (академические) инициативы, являются как трудности имплементации рекомендуемых модельных правил на практике, так и несогласованность процессов такой имплементации и ее фрагментарность. «Мозаичная» и отрывочная имплементация практически имеет мало смысла.
Возможными путями повышения эффективности модельного законодательства могут быть как усиление интеграционных процессов, так или иначе делающее имплементацию обязательной, так и поощрение усилий по согласованию доктрин в разных странах. Перспективной идеей является и создание частного права международного объединения как нормативной системы, для трансграничных контрактов равновеликой любой из национальных правовых систем стран-членов данного объединения, в надежде на то, что в условиях свободы выбора участники оборота будут обращаться именно к этой системе. По идее, продемонстрировав таким образом качественное превосходство модельной правовой системы, можно было бы стимулировать национального законодателя перенимать достижения этой последней.