Известна историческая традиция, прямо или косвенно приписывающая одному из последних остготских королей Теодохаду интерес к философии и даже знакомство с текстами Платона, возможно через посредство Боэция и других представителей римского образованного круга (Прокопий Кесарийский, Кассиодор, Appendix Maximiani). В различные периоды истории остготского королевства мы видим разные взаимоотношения королевской власти и римской образованной элиты, что вызывалось многими внутри- и внешнеполитическими обстоятельствами. Тема философии и царя-философа присутствует в этих взаимоотношениях, как минимум в риторическом аспекте. Мы не станем обсуждать глубину знакомства с наследием Платона готской стороной данного процесса, в том числе степень философичности самого Теодахадом. В первую очередь попытаемся понять, что конкретно связывалось в это время с платонизмом, какие концепты, идеи, образы трактовались не просто как философские, но как платоновские, — чтобы таким образом проследить эволюцию образа платоника, особенно в его политическом модусе, в поздней античности и раннем средневековье.